Поиск на нашем сайте
Google

Найти животное:
  Новости
  Художники
  Галереи
  Статьи
  Форум
  Контакты
  О проекте
  Наши друзья

Новая картина

 
Вход для художников

логин:

пароль:


(восстановить пароль)

Rambler's Top100
Зооклуб - сервер о животных

Rambler's Top100
Портал обо всем, что бегает, летает и прыгает Животные : домашние и не очень, все о животных, энциклопедия домашних животных. Кошки, собаки, рыбки, лошади, птицы, рептилии, зооправо, зооприколы, зоотовары, зоовыставки, рефераты по биологии, зоологии, экологии, ссылки.
Питомник «Magic Smile» Питомник бернских зенненхундов Из Большого Дома
|  Статьи - Литературная страничка - Рассказы о животных и не только.  |
Последняя песнь кита!

Рождение

Солнечные лучи пронзали толщу воды подобно золотистым копьям. Ветер гнал по поверхности океана стада пенных барашков. А воздух наполняли своими пронзительными криками чайки и буревестники. Птицы постоянно ныряли в воду, взлетая потом с серебристой рыбкой в клюве.
Неожиданно океан забурлил и на поверхности показалась огромная серая спина. Вверх ударил фонтан.
Это был горбатый кит, точнее китиха.Её звали Миори, она приплыла сюда издалека, чтоб пережить один из самых волнующих моментов в жизни, рождение. Китиха ещё раз глотнула воздуха, ударила хвостом по воде и нырнула. Миори чувствовала, что малыш появится на свет с минуты на минуту. Боль волнами проходила по её огромному телу. И вот момент настал.
Маленький китёнок родился легко, но и как все новорождённые был абсолютно беспомощным в первые часы жизни. Миори издала мелодичную трель и носом подтолкнула малыша к поверхности для первого глотка живительного кислорода. Китёнок с любопытством взирал на мир, на стаи рыб, на стремительных птиц.
- Я назову тебя Киалл, - проговорила Миори на своём языке.
В голосе её звучали безграничная ласка и любовь.

Прошло всего несколько часов, а Миори и Киалл уплыли достаточно далеко от места рождения. Китиха благодаря огромному опыту знала, что оставаться на одном месте опасно. Поэтому, как только малыш смог самостоятельно дышать и плыть, она увела его за собой в безраздельные воды океана.

Детство


Прошло четыре месяца. Киалл подрос, но до окончательного своего размера ему было ещё далеко. Миори учила его премудростям жизни, рассказывая предания горбатых китов, а также учила его песням.
- С помощью своей песни ты сможешь обращаться к другим китам, говорила Миори своему непоседливому сыну. - А когда-нибудь, через много лет ты споёшь свою последнюю песнь кита.
- А что это за песнь? – спросил тогда Киалл.
- Эту песнь поёт каждый кит когда приходит пора Уходить. В ней он прощается с миром, а также с теми, кто был дорог ему, - мерно взмахивая плавниками, ответила мать-китиха.
- А когда приходит время Уходить? – снова спросил Киалл.
- Настанет этот миг, и ты сам поймёшь, - ласково толкнув китёнка в бок, проговорила Миори. – А теперь хватит вопросов. Нам предстоит длинная дорога.
Мать и малыш держали путь в страну снегов, льдов и айсбергов.
Миори знала, что там их подстерегает величайшая из всех опасностей, но инстинкт и голод были слишком сильны, чтоб противостоять им.
Киалл же был беззаботным, как и все детёныши в этом возрасте. Он с удовольствием нырял, а потом выпрыгивал из воды в тучах брызг и пены. Миори с любовью взирала на шалости сына. Она так же знала, что рано или поздно мир покажет другую свою сторону; жестокую и злую. И это знание причиняло ей боль. Мать – китиха за свои сорок лет жизни смогла вырастить лишь двух детёнышей. Остальных забрали двуногие существа на уродливых чудовищах. Миори старалась избегать этих злобных тварей по мере возможности. Но, сейчас глядя на резвящегося Киалла, она старалась не думать о плохом.

Опасность


- Мама что это? – спросил Киалл, глядя на огромную глыбу чего-то белого и сверкающего.
Миори издала свистящий звук: - Это Странствующий лёд.
- Оооооо! Как интересно! – восхитился китёнок.
Взмахнув хвостом, он хотел подплыть поближе, но мать преградила ему путь своим длинным серо-белым плавником.
- Странствующий лёд очень опасен. Запомни это и никогда не приближайся к ним, - строго проговорила она.
Киалл покорно отплыл назад и больше не задавал вопросов. Семейство поспешило покинуть опасное место, направившись в более чистые воды.
Миори плыла медленно и величественно. Солнечные зайчики плясали на её серой шкуре. Она направилась туда, где большим серебристым шаром нерестилась рыба. Голод гнал ее, вперёд заставляя забыть об осторожности. Киалл старался не отстать от матери, но сил было ещё мало.
Малыш отстал.
- Мама! – испуганно закричал китёнок.
Миори остановилась и всплыла наверх за воздухом. Киалл увидев, что мама ждёт его, поплыл к ней, как неожиданно по воде разнёсся неприятный однообразный гул.
Миори сразу поняла, что означает этот звук. Она мощными ударами хвоста послала своё огромное тело вперёд. Мать-китиха думала об одном, спасти Киалла.
Китёнок ничего не понимая, не двигался с места.
- Плыви! Скорее! – закричала Миори, её сердце сжималось от страха.
Она могла уйти на глубину и тем самым спастись, но Киалл ещё этого не мог.

Последняя песнь


Люди на судне заметили большого горбатого кита. Раздался пронзительный вой сирены. Моряки побежали на свои места. Корабль прибавил хода, догоняя уплывающего кита. Один из людей уже наводил гарпун на цель. Смертоносное копьё хищно блестело в лучах солнца. Наконец прозвучал сигнал и человек выстрелил. Одновременно с шумом выстрела послышался удивлённый вскрик: - Это самка с детёнышем!


Миори прикрывала собой Киалла. Она услышала, как завыло уродливое чудовище. Сердце сжалось от ужаса.
-Мама, я больше не могу, - задыхаясь, воскликнул Киалл.
Силы его таяли подобно снегу под жарким солнцем. Мать-китиха хотела подтолкнуть его, когда что-то вонзилось ей в бок, чуть ниже спинного плавника. Миори закричала от страшной боли, ответом ей был испуганный плач малыша. Киалл не понимал что происходит. Он видел что маме очень больно, она пытается плыть но стальной трос прикрепленный к гарпуну держал её на месте.
Миори била хвостом пытаясь избавиться от причинявшей боль штуковины, но вдруг в её теле словно распустился огненный цветок. Мать-китиха из последних сил оттолкнула своего малыша.
- Спасайся, - прошептала она.
Киалл испуганный и ошарашенный, повинуясь последнему приказу матери, отплыл подальше от страшного чудовища.
Миори с трудом преодолевая застилавший сознание туман, запела. Чистые звуки песни разносились далеко по сапфировым водам океана.
Это была последняя песнь Миори. В ней она прощалась с океаном, что дал им жизнь, в ней она говорила о горестной утрате, о боли и страдании, о бескрайней любви к своему маленькому сыну, что по воле злого случая оставался один в этом жестоком, но одновременно и столь прекрасном мире.
Киалл заворожёно слушал последнюю песнь своей матери. Миори в последний раз посмотрела на своего сына, и глаза её потухли навсегда. Океан окрашенный кровью убитого кита тихо шумел, прощаясь с одним из самых больших и красивых созданий бороздивших когда либо его воды.
На судне заработала лебёдка, поднимая на борт мёртвого кита. Люди копошились возле тела Миори подобно муравьям. Но ей теперь было всё равно, она попала в мир, где нет опасностей, где много еды и солнца.

Не один


Киалл смотрел, как исчезает тело матери в брюхе чудовища. На душе у него было пусто и темно, он не замечал нацеленного в него копья. Стрелок готов был нажать на спуск, как на плечо его легла рука.
- Оставь его. Этот малыш достоин жизни, - тихо проговорил подошедший человек.
В глазах этого человека застыла мука и сострадание. Он слышал последнюю песнь Миори и она задела его душу. Человек решил, что это был последний кит, на которого поднялась его рука.
Киалл тихонько всхлипнул. Он был готов последовать за своей мамой. Но последние её слова сдерживали китёнка от этого шага. Вдруг раздался тихий успокаивающий свист и из глубины выплыл большой кит с чисто белыми плавниками.
- Я Торра, сестра твоей матери, - представилась китиха. – Твоя мама попросила в своей последней песне присмотреть за тобой. –Но, нам нужно покинуть это место и продолжить жить ради жизни, ради твоей мамы.
Киалл с тоской посмотрел на уплывающее чудовище двуногих. Они забрали его мать. Но он должен был жить ради неё. Киалл в последний раз позвал Миори, зная, что не дождётся ответа. Но так было нужно.
Торра не мешала ему, она понимала его боль.

Вскоре китиха с белыми плавниками и Киалл, потерявший мать, уплыли в спокойные воды океана.

Не стреляйте, люди, в белых лебедей!


Рассветное солнце медленно взбиралось на голубой небосклон и окрашивало редкие кучевые облака в розово-золотистые тона.
Над водной гладью Чёрного озера плыл белёсый туман, придавая лёгкую загадочность окружающей природе. Тишина, изредка нарушаемая стрёкотом кузнечика или лёгким всплеском рыбы, словно пела свою безмолвную песню. Природа дышала спокойствием и умиротворением, какое бывает тихим летним утром.
А в небе, плавно взмахивая широкими крыльями летели два белых лебедя. Птицы искали место для гнездовья и озеро, не занятое другими лебедями, прекрасно им подходило.
Лебедь, изогнув длинную шею, посмотрел на свою подругу и тихо заклекотал, выражая свою любовь. Лебедица слегка коснулась кончиком крыла своего друга и стала плавно снижаться к тихой водной глади.

А на берегу чуть слышно зашелестели прибрежные заросли рогоза и осоки. Раздвигая, зелёные стебли, на лебедей нацелилось, мерцая холодным хищным блеском, дуло ружья. Ничего не подозревающие птицы продолжали снижаться. Лебедица впереди, а самец чуть позади.
Вдруг мирную тишину озера разорвал оглушительный звук выстрела.

Лебедица судорожно взмахнула крыльями и, издав протяжный крик, упала в озеро. По её белоснежной груди расплывалось алое пятно. Её друг взмывший было в небеса и, поняв, что подруга не следует за ним, резко развернулся, ища лебедицу. А она, распластав белоснежные крылья, уже мёртвая, тихо плыла по водной глади озера, подгоняемая лёгким ветерком.
Лебедь, увидев, что подруга его погибла, с горестным криком рухнул вниз, лишь в последнее мгновенье раскрыв крылья. Он приземлился на воду рядом с мёртвой лебедицей. Лебедь вытянул шею и легонько коснулся перьев подруги, ожидая, что вот сейчас она поднимет голову и тоже коснётся его, выражая свою любовь и преданность, но ничего не происходило. И тогда он забил крыльями и, вытянув шею, закричал, и была в этом жалобном крике боль невозвратимой утраты и отчаяние одиночества. А потом лебедь положил голову на спину мёртвой подруги и тихо заклекотал, словно говоря, что будет всегда верен ей.
Но тут над озером снова раздался оглушительный выстрел...
А туман словно испугавшись этого чужого звука отпрянул к берегам очистив гладь озера, по середине которого, сверкая белым оперением медленно кружили два мёртвых лебедя. Он, положив голову ей на спину, а она словно обняв его своими широкими крыльями. Даже в смерти они остались верны друг другу...


.
Неожиданная встреча


Стоял тёплый весенний день. Снег почти весь растаял, оставаясь лишь в затенённых местах. На прогалинах появилась первая трава, радовавшая глаз своей зеленью.
Я работала в дневную смену, и так как было спокойно, никаких работ не было, то я решила пойти пофотографировать синичек. Эти маленькие птички, звонко пересвистываясь, небольшими стайками перепархивали с ветки на ветку растущих рядом со зданием кустов и деревьев. Так как зимой я их немного подкармливала, то птички подпускали меня очень близко.
За фотоаппаратом мне нужно было идти в раздевалку, идти туда нужно было по улице, так как располагалась она в другом конце здания.
Для того чтоб взять фотоаппарат мне понадобилось минуты три. Каково же было моё удивление и радость, когда я, выйдя из раздевалки увидела на ветке дерева небольшую хищную птицу с синицей в когтях. Я замерла, чтоб не спугнуть хищника и начала наводить объектив фотоаппарата. Сделав пару кадров, я осторожно приблизилась на пару шагов к дереву, где сидела птица. Сперва я приняла её за ястреба-перепилятника. Но потом птица посмотрела на меня и я увидела, что это не ястреб. Оперение на голове хищника было похоже на оперение сокола-сапсана. Грудь и живот птицы были лёгкого персикового цвета с тёмными пестринами.
Это был небольшой сокол, которого, позднее, посмотрев в определителе, я определила как сокола-дербника.
Сокол смотрел на меня, но не улетал. Мне удалось подойти к нему на расстояние трёх-четырёх метров и сделать ещё несколько кадров. Но тут что-то напугало сокола, и он улетел, зажав добычу в когтях.
На рабочее место я вернулась с радостью в душе, ведь не так часто можно встретить хищную птицу, да ещё и подойти к ней так близко. Зато об этой удивительной встрече у меня осталось несколько кадров красивого сокола.

Дракон со сломанными крыльями


Капли дождя чертили дорожки на больших окнах кафе. Сверкнула молния, сразу за ней раздался раскатистый гром. Началась гроза.
Она сидела за угловым столиком и бесцельно крутила в руках чашку с остывающим чаем.
- Можно присесть? – спросил подошедший молодой человек.
Девушка моргнула, прогоняя задумчивость, и посмотрела на парня.
- Да, конечно, - слегка улыбнувшись, проговорила она.
Молодой человек сел напротив девушки, украдкой рассматривая её. А она не обращая внимания на парня, снова стала смотреть в окно.
- Простите. Можно задать вам вопрос? – нарушая молчание, спросил парень.
Девушка вздохнула и ответила: - Задавайте.
- Что вас так печалит? В ваших глазах столько невыразимой тоски и муки? – участливо спросил он.
Она грустно улыбнулась и внимательней посмотрела на молодого человека. Он был светловолосым, с большими серыми глазами и на губах его играла сочувственная улыбка.
- Как тебя зовут? – спросила она.
- Андрей.
- Хорошее имя. А меня Марина.
Молодой человек улыбнулся и отпил из чашки горячий кофе.
- Скажи Андрей, ты веришь в сказки? – задумчиво спросила Марина.
Парень задумался, а потом ответил: - Да. Верю. Но не во все. А почему ты спросила?
- Чуть раньше ты задал вопрос, почему в моих глазах тоска, - ответила девушка. – Я расскажу тебе свою историю. Она тебе покажется похожей на сказку. Но я могу тебя заверить, что это всё чистая, правда.
- Готов выслушать, - улыбнувшись, проговорил Андрей.

Полгода назад я была свободной и беззаботной. Я могла летать. Да летать. Потому что я не человек, я дракон. Когда-то, очень давно наше племя жило свободно среди людей. Нас не боялись. Нам поклонялись. Но прошло время и всё изменилось. Люди стали жестокими и алчными. Они начали убивать нас, чтоб завладеть нашими сокровищами. Ведь драконы любят всё блестящее и драгоценное. Нас становилось всё меньше и меньше. Тогда наш вожак принял сложное решение. Чтобы спасти оставшихся драконов от неминуемой гибели, он приказал нам принять человеческий облик и жить среди людей. Это было тяжёлое время. Не все согласились с указом вожака. Те, что были против, погибли.
С тех времён драконы живут среди людей, вынужденные скрывать свою настоящую сущность.
Но этот рассказ не о том времени.
Как я уже говорила, что полгода назад была свободной, пока не встретила человека впоследствии ставшего моим мужем.

Марина снова посмотрела в окно, на улицу. Гроза прошла, оставив после себя огромные лужи. Люди спешили по своим делам. В глазах девушки снова появилась тоска. Перед внутренним взором проносились картины прошлой жизни.
- Что было дальше? – тихо спросил Андрей.
Он не задавал лишних вопросов. Всё что говорила Марина, казалось невероятным.

Я познакомилась с ним случайно. Он водитель троллейбуса. Историю самого знакомства я рассказывать не буду, это не столь важно.
Я понравилась ему, и мы стали встречаться. Если это можно назвать встречами. Он был внимательным, но часто торопил события. Он любил меня, а я…. Я не любила по настоящему, скорее это была просто влюблённость. А она на многое заставляет закрывать глаза. Мне, как и любому живому существу хотелось тепла, душевного тепла. Я думала, что он сможет мне его дать, несмотря на то, что внутренний голос предупреждал меня. У всех драконов хорошо развита эмпатия, когда ощущаешь чувства и эмоции других. Я не стала прислушиваться к смутным опасениям, я хотела, чтоб меня любили.
Через четыре месяца мы поженились. И его словно подменили. Он посадил меня на цепь из недоверия, общественных рамок и непонимания. Я почти сходила с ума от его постоянных упрёков, каких-то необоснованных обвинений и угроз. Лишь одно меня спасало. Полёты. Полёты в ночном небе. Там среди звёзд или облаков я по-прежнему была свободна.
Но однажды он забрал и это. Он посягнул на самое дорогое, на свободу полёта.
Это произошло ночью. Я спала и видела сон, где встретила другого дракона, молодого и сильного. Его чёрная как обсидиан чешуя сверкала. Я и этот дракон играли в синем небе.
И видимо я не контролировала свои чувства во сне. За моей спиной выросли крылья. Он проснулся, когда я случайно сбросила его с кровати. Ругаясь, муж вскочил и увидел за моей спиной серебристые крылья. Но он был настолько рассержен, что даже не удивился, узнав, что я не человек.
Муж только кричал что женат на чудовище и что он это исправит. Сказать по правде я тогда очень испугалась. Я думала он убьёт меня.
Он схватил первое, что попалось под руку, это оказался стул и кинул им в меня. Я увернулась, но забыла что за спиной крылья. Стул ударил в сгиб крыла. Я услышала, как хрустнула кость, и острая боль пронзила моё тело. А в мужа моего словно дьявол вселился. Он схватил второй стул и набросился на меня. Я не могла превратиться в дракона и дать отпор. А в человеческом облике я не обладала полной своей силой.
Я попыталась убежать вон из квартиры, но муж догнал и повалил на пол. А потом… Потом двумя сильными ударами он сломал мне крылья.

По щекам девушки текли слёзы. Слёзы отчаяния и горя, тоски и печали.
Андрей взял её руку в свою, пытаясь хоть как-то облегчить душевную боль Марины.
- Это ж надо быть законченной скотиной, чтоб так поступить, - тихо пробормотал он.
Она лишь горько улыбнулась.
- После того, что он сделал, я подала на развод. Но он не даёт своего согласия и всё замаливает свой поступок, - сказала Марина.
- Я думаю, нет ему прощения, - сурово проговорил Андрей.
- Теперь уже нет смысла что-то прощать, - грустно улыбнувшись, ответила девушка. – Теперь я дракон со сломанными крыльями и прощение не вернёт мне свободу полёта.
- Спасибо что выслушал мою историю и не назвал это враньём. Ты хороший человек я чувствую это. А теперь мне нужно идти, - проговорила Марина, выходя из-за стола.
- Твоя история удивительна. Я рад, что повстречал дракона в своей жизни. У тебя тоже всё будет хорошо, - сказал Андрей. – Надеюсь, увидимся ещё, и ты расскажешь о том времени, когда драконы жили свободно среди людей.
- Я разочарую тебя. Но мы больше не увидимся. Прощай.
С этими словами Марина покинула кафе.

Она стояла на крыше высотного дома и смотрела в небо. Из глаз её ушли тоска и печаль, осталась лишь пустота. Марина посмотрела вниз. Там по дороге в длинной пробке ползли машины, и люди как муравьи куда-то спешила. Люди не смотря на прошедшие столетия, так и остались злобными и лживыми, хотя и встречаются среди них хорошие. Марина вспомнила Андрея и улыбнулась. Жаль, что она не встретила его раньше.
Девушка снова посмотрела на небо, где уже начали появляться первые звёзды. Вдруг тело её окутало мягкое сияние переливающееся всеми цветами, но больше было серебристого. Ещё через несколько минут на крыше дома стоял серебряный дракон. Вскинув красивую голову, Марина, а теперь уже Маанир, таково её настоящее имя, в последний раз глянула на звёзды. Дракон подошёл к краю, попытался раскрыть сломанные крылья, но ничего не получилось. Тогда Маанир сделала последний шаг отделявший её от бездны.


Крылья в подарок!


Рождение


Ярко голубая бабочка порхала с цветка на цветок, собирая нектар в ранних лучах только взошедшего солнца. Наступал очередной тёплый июньский день. Над лугом, наполняя воздух терпким ароматом цветущих трав, пронёсся ветерок. В вышине пел свою звонкую песню жаворонок, возвещая всему миру, что в гнезде у него вылупились птенчики. На лугу, порой всхрапывая, пасся небольшой табун лошадей.
А не вдалеке от них, на боку лежала вороная кобыла и издавала тихое жалобное ржание. Её раздувшийся живот и бока тяжело вздымались и опадали. Оставались считанные минуты до счастливого мгновения, до рождения новой жизни.
В последний раз по телу кобылы пробежала дрожь, и на свет появился жеребёнок караковой масти. Вороная потянулась к малышу и обнюхала его. Жеребёнок неуверенно затряс головой и посмотрел на свою маму, та нежно заржала, лизнув сына в ещё мокрый, шёлковый нос.
А солнце словно радуясь появлению новой жизни согревало своими лучами просыпающуюся землю.

Отдых


Караковый жеребенок, смешно взбрыкивая своими длинными ногами, носился вокруг матери. Малышу уже исполнился месяц, и он был беззаботным и любопытным, как и все дети неважно какого они вида. Он всюду совал свой рыжий нос и засыпал мать вопросами.
Вороная подняла голову от сочной травы и посмотрела на выкрутасы своего сына, в её больших лиловых глазах светилась нежность. Другие лошади из их небольшого табуна тоже с любопытством взирали на игру каракового малыша.
Но вот тот устал бегать и прыгать вокруг матери и подошёл к ней ласково потеревшись головой о её голову.
- Ночь, ты наверно проголодался? – спросила вороная своего сына.
- Да, мама. После игр просыпается такой зверский аппетит, - весело ответил Ночь и тут же принялся за вкусное мамино молоко.
Кобыла только фыркнула, снова принимаясь за прерванную трапезу.
Но вот малыш насытился и, поджав ноги, улёгся на мягкую траву, после сытного обеда глаза его начали слипаться. Жеребёнок и сам не заметил, как задремал. А вокруг него собрался весь табун, тоже готовясь к послеобеденному отдыху.

Вопрос


Ночь проснулся оттого, что прямо над его ухом кто-то громко засвистел. От неожиданности он вскочил, но запутался в длинных ногах и упал.
- Эй, ты чего это творишь! – раздался тоненький гневный голосок. – Ты чуть не раздавил моих малышей!
Ночь с удивлением смотрел на небольшую коричневую в пестринах птичку, возле ног которой шевелились маленькие птенцы. Птица, гневно встопорщив перья зыркала на жеребёнка чёрными бусинками глаз.
- И-и-извините, пожалуйста, - пролепетал Ночь. – Я вас не заметил.
- Всегда вы так говорите! Не заметил, он понимаешь, - пискнула птичка. – Смотри под ноги в следующий раз.
Ночь кивнул головой и распутав, наконец, ноги поднялся и направился к дремавшей неподалёку матери, временами оглядываясь, не решит ли птичка для острастки его клюнуть. Но нет, мамаша жаворонок решила, что с него хватит и словесного выговора.
Караковый подошёл к вороной и лёг рядом с ней, положив голову на мамино плечо он стал смотреть в небо. В вышине медленно плыли большие и пушистые облака, их очертания постоянно менялись, принимая то вид сказочного замка, то вид неведомого зверя, то становились похожими на скачущего коня с развевающейся гривой. Внимание Ночи привлёк далёкий силуэт парящей в вышине птицы, это был орёл выискивающий добычу. Жеребёнок заворожённо следил за величественной птицей и завидовал ей, потому как сам он тоже хотел подняться в небо, но не имел для этого крыльев.
- От чего ты так задумчив Ночь? - спросила вороная, просыпаясь.
- Мама, скажи, а почему лошади не летают, почему у них нет крыльев? – вопросом на вопрос ответил караковый.


Легенда


Вороная посмотрела в небо, мгновение, любуясь облаками, а потом заговорила…
- Ночь, я расскажу тебе одну легенду, она известна всем лошадям в мире. Когда-то давно, когда мир был юн и зелен, а лето было круглый год, все животные были свободны и не ведали страха перед человеком. Лошади скакали по лугам и полям, купались в речках и морях. И был у коней Бог-покровитель, был он самым прекрасным из всех лошадей. Шкура его была серебристой и переливалась перламутром, а грива его была белой как снег на вершинах гор, а хвост его был чёрным как ночное небо. И были у Бога-покровителя крылья, и мог он летать и помогать земными братьями своим в минуты беды и несчастья. А были и такие, кто удостаивался чести и тоже становился носителем крыльев и мог летать среди облаков…
- И кто это были, мама? – с любопытством спросил караковый жеребёнок.
- Погоди сынок, не перебивай, - нежно ответила вороная. – Это были лошади совершившие в своей жизни очень хороший поступок, например, спасли кому-нибудь жизнь или помогли в огромной беде. Тогда Бог-покровитель одаривал их крыльями. Но шло время, мир менялся и менялся не в лучшую сторону, потому как в мире появилось двуногое создание, и имя ему было – человек. Люди стали угнетать мир и старались подчинить своей воле всё живое. Постепенно все звери стали бояться человека и избегать встречи с ним, но были и такие что стали служить и помогать человеку, как собаки или, например, как мы – лошади. Человек кормит нас и ухаживает за нами, но, тем не менее, причиняет нам боль, когда надевает на нас упряжь, суёт нам в рот металл и бьёт хлыстом. Большинство лошадей стали слугами человека, и Бог-покровитель не мог помочь братьям и сёстрам своим и освободить их от власти людей, часто очень жестокой власти. И тогда самый красивый конь покинул земли населённые двуногими созданиями поработившими мир и улетел он в высокие горы, и улетели вместе с ним те что обрели крылья.
- Такая вот легенда и ты должен знать её сын мой, чтоб рассказать потом своим детям, а те своим, - тихо проговорила вороная. – Ведь есть ещё поверье, что Бог-покровитель иногда спускается с гор и наделяет отличившихся лошадей крыльями и тогда становятся те кони свободными.
Ночь слушал мать с замиранием сердца, перед его внутренним взором вставали картины далёкого прошлого и видел он великолепного коня с серебристой шерстью, белой гривой и чёрным хвостом.
- Я тоже совершу хороший поступок, и тогда Бог-покровитель спустится с небес и подарит мне крылья, - восхищённо пробормотал караковый жеребёнок.

Беда


Лето пролетело незаметно, так же незаметно пролетел и сентябрь со своими золотыми и багряными листопадами. Наступил промозглый и холодный октябрь. Ясных дней становилось всё меньше.
Небольшой табун покинул гостеприимный луг и отправился кочевать, потому, как еду становилось уже трудно добывать.
Ночь подрос и достаточно окреп, чтоб следовать за матерью и табуном. Шкура жеребёнка была такой же чёрной как у матери, и только рыжие подпалины на мордочке и ногах отличали его.
Стоял пасмурный и ветреный день, но к счастью не было нудного моросящего дождя. Маленький табун остановился попастись на берегу широкой и глубоководной речки, что медленно катила свои свинцовые воды на запад. Над водоёмом стояла тишина, нарушаемая лишь тихим плеском волн, всхрапыванием пасущихся коней, да недалёким шелестом небольшого, почти полностью облетевшего, леска. Вороная и караковый жеребёнок паслись чуть в стороне от табуна, когда тишину неожиданно нарушил заунывный вой. Лошади в испуге поскакали прочь от этого страшного звука, а из леска один за другим показалось три одичавших пса с горящими голодным безумием глазами. Ночь и вороная не смогли присоединиться к убегающему табуну, собаки успели отрезать им путь и, тогда мать, подталкивая жеребенка, развернулась и поскакала в противоположную сторону. Ночь бежал во весь дух, и ему было страшно, он всё ожидал, что острые клыки вопьются ему в тело, и начнут разрывать на куски, и страх этот гнал его вперёд.
- Беги, беги что есть силы, - кричала мать, закрывая своим телом несущегося во весь опор жеребёнка.
Собаки хоть и были голодными, но по выносливости не уступали и волкам. Один из псов поравнялся с вороной и попытался вцепиться зубами ей в бок, но кобыла резко отскочила и, собака промахнулась. Но тут с другой стороны появился ещё один хищник и он был таким же крупным и сильным как свирепый волк, и прыгнул этот пёс под ноги вороной и споткнулась она с жалобным ржанием кубарем падая под землю. А собаки с голодным рычанием набросились на пытающуюся встать кобылу, и клыки их вонзались в чёрные бока, и текла по шёлковой шкуре алая кровь. Но вороной всё же удалось подняться и сбросить с себя псов, но не было возможности убежать, левую переднюю ногу прожигала боль. Однако и псы не желали упускать свою добычу, они прыгали на кобылу, пытаясь снова повалить её и вцепиться зубами в горло. Собаки нападали сразу с трёх сторон, уворачиваясь от копыт и постепенно силы у вороной начали таять…
Ночь ускакал довольно далеко, когда заметил, что мать не следует за ним. Жеребёнок резко остановился и обернулся… Глазам его предстала страшная картина; злобные псы и окровавленная мать обороняющаяся из последних сил. И тогда не раздумывая Ночь помчался назад на помощь своей матери.
Наконец двум собакам удалось вцепиться в кобылу, а третий приготовился к смертоносному прыжку, целясь в горло. Но тут на пса налетел маленький чёрный вихрь с рыжими подпалинами и отбросил злобную тварь на несколько шагов. А вороная, собравшись с последними силами сбросила одного из вцепившихся в неё псов, а второго укусила в оскаленную морду. Укушенный зверь с воем откатился.
- Беги, глупыш! Зачем ты вернулся! Беги! – отчаянно закричала мать, но сын и не думал убегать, ведь в груди у него билось храброе сердце.
Ночь напал на отброшенного им пса и попытался ударить его передними копытцами, но хищник хоть и был слегка оглушённым, всё же смог увернуться от острых копыт. Собака оскалила клыки и в свою очередь атаковала жеребёнка, но тот ловко отскочив в сторону вдруг лягнул оказавшегося рядом другого пса. Хищники взвыли одновременно, один от боли, а другой от досады, что жертва оказалась такой вёрткой. Но голод был сильней боли и он заставлял собак атаковать. Псы набросились на жеребёнка, но он не принял боя, а вдруг развернулся и поскакал прочь, уводя злобных тварей от матери…

Крылья в подарок


Ночь нёсся во весь опор, уводя разозлённых псов от раненой матери. Ночь бежал так что ветер свистел в ушах и комья земли вылетали из-под маленьких копыт. Караковый малыш не думал о том, что силы когда-нибудь закончатся и он станет лёгкой добычей, он просто бежал, спасая маму от голодных тварей.
Псы почти настигли ретивого жеребёнка, когда неожиданно с неба упала крылатая тень и преградила им дорогу. От неожиданности собаки затормозили, а Ночь по инерции проскакал ещё десяток метров. Бока жеребёнка ходили ходуном, а изо рта падали хлопья пены, но это его не волновало. Он во все глаза смотрел на нежданного спасителя. Ведь им оказался небывалой красоты и стати конь с серебристой шерстью, белой гривой и чёрным хвостом, но не это привлекало внимание, а огромные белоснежные крылья за плечами.
- Убирайтесь прочь жалкие шавки, - грозно проговорил конь, ударяя копытом в землю и распахивая великолепные крылья.
Собаки злобно рыча и скаля клыки стали отступать перед мощью коня, а потом, поджав хвосты стремглав понеслись прочь, к счастью не туда где была раненая вороная.
Ночь и серебристый конь проводили их взглядом, а потом посмотрели друг на друга.
- У тебя храброе сердце и добрая душа Ночь, - склоняя голову, проговорил Бог-покровитель, а это был именно он. – За это я подарю тебе, то о чём ты так мечтал, я подарю тебе крылья и, когда ты вырастешь и, когда придёт твоё время, ты сможешь присоединиться ко мне.
Ночь стоял ни жив, ни мёртв, усталость от долгой скачки куда-то исчезла, и было лишь одно желание смотреть на этого великолепного коня, такого гордого и свободного.
Бог-покровитель подошёл к жеребёнку и коснулся его, и было это касание таким лёгким и ласковым словно дуновение тёплого летнего ветерка. По телу Ночи пробежала приятная дрожь и от чего-то вдруг сильно зачесались лопатки. Он повернул голову и обомлел… Из его плеч росли маленькие, рыжие с чёрными перьями, крылышки.
Серебристый конь улыбнулся, глядя на остолбеневшего от счастья жеребёнка.
- Теперь ты – свободен! – проговорил конь и взмахнул белоснежными крыльями, взмывая в воздух.
Бог-покровитель сделал прощальный круг над караковым жеребенком, мечта которого неожиданно сбылась, и исчез среди облаков.

Ночь проводил взглядом серебристого коня и с радостным криком поскакал к матери, что появилась вдалеке, он спешил сообщить ей волшебную новость о встрече с легендарным Богом-покровителем…


Мако 12.2009г.
© 2004 Клуб-изостудия "Живой Карандаш". Все права защищены. Использование работ художников клуба в любых целях без их разрешения запрещено.